ПО СЛЕДАМ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИЗМЕНЫ: ОТ СМЕНЫ ВЛАСТИ В 2018 ГОДУ ДО TRIPP

, ,

Чтобы понять истинные мотивы смены власти в 2018 году и её геополитические последствия, необходимо отбросить годами навязываемую сказку о «победе народа» и вернуться к событиям тех дней. Приход Никола Пашиняна к власти не был случайной политической перестановкой. В публикациях «Общественного трибунала» мы неоднократно приводили факты, свидетельствующие о том, что процесс отрыва Армении от России по заказу Запада начался со смены власти, организованной Сержем Саргсяном. Саргсян ушёл, сохранив влияние на передачу власти, Пашинян получил кресло премьер-министра, а Запад — новую возможность противодействовать стратегическому присутствию России в регионе. Дальнейшие события развивались по сценарию, последствия которого сегодня уже очевидны: Арцах потерян, Армения отдаляется от российской системы безопасности, а в Сюнике реализуется рассчитанный на 49 лет проект с преобладающим американским участием.

1 мая 2018 года Пашинян не смог получить в парламенте необходимое число голосов для избрания премьер-министром. Однако уже 8 мая за его кандидатуру проголосовали 59 депутатов. Тринадцать из них представляли фракцию Республиканской партии Армении, возглавляемую Сержем Саргсяном. Иными словами, без решающего участия прежней власти «лидер революции» не смог бы прийти к власти.

Ещё до этого безопасность Пашиняна обеспечивал начальник Службы государственной охраны Грачья Арутюнян, подчинявшийся Сержу Саргсяну. Об этом 5 мая сообщило издание 168.am. Позднее сам Арутюнян подтвердил, что примерно полтора месяца отвечал за безопасность Пашиняна. Примечательно, что в тот же период представители РПА с парламентской трибуны обвиняли Пашиняна в намерении сдать Арцах. Однако депутаты этой же партии своими голосами сделали его премьер-министром.

Эту картину дополняют свидетельства российского политолога Модеста Колерова. В опубликованном «Общественным трибуналом» материале приводится его рассказ о встрече с Микаэлом Минасяном. По словам Колерова, ещё тогда, когда фракция «Мой шаг» располагала в парламенте примерно 8 процентами мест, зять Сержа Саргсяна уверял, что на предстоящих выборах эта политическая сила получит большинство. Этот эпизод в совокупности с отставкой Саргсяна и голосованием депутатов РПА позволяет совершенно иначе взглянуть на смену власти в 2018 году. На публичной сцене борьбу вёл Пашинян, тогда как за кулисами система Сержа Саргсяна обеспечивала передачу власти.

Следующим этапом стала война. 5 августа 2019 года в Степанакерте Пашинян заявил: «Арцах — это Армения, и точка». Риторика была воинственной и вдохновляющей, обещания — безоговорочными. Спустя год страна оказалась втянута в войну, итогом которой стала потеря Шуши, Гадрута и большей части Арцаха.

Среди десяти фактов, представленных Айком Наапетяном, — расформирование пяти полков резервистов накануне войны, предупреждения военного руководства в ходе боевых действий, судьба российских предложений о прекращении огня и отказ Пашиняна 19 октября 2020 года остановить боевые действия на условиях, предложенных Владимиром Путиным. В отдельной публикации рассматривается и состояние армейского вооружения: приобретённые в 2019 году истребители Су-30СМ прибыли в Армению без необходимых для них управляемых ракет. В расследованиях «Общественного трибунала» эти факты представлены как совокупность решений, приведших к катастрофическому исходу войны.

Политический смысл этой войны не исчерпывается потерянными территориями. «Общественный трибунал» выдвигает гораздо более тяжёлое обвинение: политика Пашиняна привела к поражению, результаты которого совпали с многолетними стратегическими требованиями Турции и Азербайджана. После потери Арцаха Армения лишилась стратегической глубины обороны, а Сюник оказался в эпицентре нового давления.

После войны Москву объявили главным виновником армянской катастрофы. Общественное возмущение направили против России, отодвинув на второй план ответственность Еревана. Именно тогда ускорился и процесс отдаления от ОДКБ. Те, кто привёл страну к поражению, принялись объяснять, почему виноват союзник, призванный предотвратить это поражение.

Эту картину дополняет девятый пункт трёхстороннего заявления от 9 ноября 2020 года. Он предусматривал открытие транспортного сообщения между западными районами Азербайджана и Нахичеванью. Контроль за безопасностью этого сообщения возлагался на Пограничную службу ФСБ России.

После войны Азербайджан на протяжении нескольких лет продвигал то же требование под названием «Зангезурский коридор», добиваясь прямого сообщения с Нахичеванью через юг Армении. Сегодняшняя программа TRIPP позволяет продвигать тот же географический маршрут под новой политической вывеской. Прежде речь шла о разблокировании коммуникаций под российским контролем, теперь — о долгосрочном инфраструктурном проекте с преобладающим участием США.

28 октября соглашение было ратифицировано голосами 63 депутатов от партии «Гражданский договор». Армения взяла на себя долгосрочные обязательства по реализации транспортного проекта с преобладающим участием американского капитала.

Именно о такой геополитической перестройке и предупреждает «Общественный трибунал». Азербайджан получает возможность транспортного сообщения с Нахичеванью, Турция — новые перспективы выхода на восток и реализации проекта «Великого Турана», США — долгосрочное экономическое присутствие в Сюнике. Для Ирана изменение баланса сил вокруг южной границы Армении также представляет особую чувствительность. В результате Сюник становится центром геополитического соперничества. А Армения будет вынуждена обеспечивать реализацию проекта, среди главных стратегических выгодоприобретателей которого — турецко-азербайджанский тандем и внерегиональные державы.

От предложенной ещё в 1992 году Полом Гоблом идеи территориального обмена до сегодняшнего TRIPP —  Зангезур на протяжении десятилетий остаётся в центре региональных геополитических проектов.

Теперь тот же процесс разворачивается на экономическом фронте. 4 апреля 2025 года вступил в силу закон, которым власти Армении официально объявили о начале процесса вступления в Европейский союз. Россия неоднократно предупреждала, что одновременное членство в ЕАЭС и ЕС невозможно. В феврале 2026 года Сергей Лавров вновь напомнил об этом на встрече с Аленом Симоняном, а в апреле Владимир Путин объяснил Пашиняну несовместимость двух таможенных систем. Сам Пашинян также признал, что момент окончательного выбора неизбежно наступит. Иными словами, Ереван сознательно углубляет процесс, экономическое и политическое столкновение с Москвой в рамках которого вполне предсказуемо.

Ответ России не заставил себя ждать. В мае–июне 2026 года были введены ограничения на импорт армянской сельскохозяйственной продукции, коньяка, вина, минеральной воды и ряда других товаров. Часть этих мер Москва объяснила нарушениями фитосанитарных требований. Евросоюз в своих официальных документах охарактеризовал ограничения как экономическое давление на Армению и в сентябре утвердил торговые преференции для армянских товаров, призванные охватить около 80 процентов армянского экспорта на рынок ЕС.

Так выглядит следующее звено политического расчёта: сначала обостряются противоречия с Москвой, затем Брюссель, используя возникшие экономические проблемы, выступает в роли спасителя, одновременно отдаляя Армению от российского рынка.

Однако заменить российский рынок за один день невозможно. Объёмы армянского экспорта в Евросоюз до сих пор ничтожны. В 2025 году объём банковских и денежных переводов физических лиц из России в Армению составил 3,88 млрд долларов против 734 млн долларов, поступивших из США. За первые восемь месяцев 2026 года армянский экспорт в Россию уже сократился на 26,1 процента.

Удар приходится по фермерам, производителям, экспортёрам и малому бизнесу. Семьи, чей доход зависит от работающих в России родственников, оказываются перед лицом новой экономической неопределённости.

В этом просматривается и внутриполитический расчёт. Экономически и социально истощённому, политически расколотому обществу гораздо труднее сопротивляться внешнему диктату. Такая слабость выгодна тем, кто намерен использовать территорию Армении для реализации региональных проектов Запада и Турции. А затем экономическое недовольство можно списать на «карательную политику» России, оставив за кадром решения собственных властей и их последствия.

Вот до чего довела страну власть Пашиняна. Разрыв отношений с Россией преподносится как суверенитет, евроинтеграция — как спасение. На деле же происходит демонтаж армянской государственности.

Трагедия Армении — это не только потерянные территории и погибшие сыновья. Трагедия в том, что всё это сделано руками внутреннего врага. Армянский народ веками сражался с внешними противниками, но самые тяжёлые потери нередко нёс тогда, когда внутри страны находились люди, прокладывавшие дорогу врагу. По определению Гарегина Нжде, внутренний враг — «соратник и брат внешнего врага». Сегодня эти слова приобрели поистине зловещую актуальность.

Армянский народ должен сам избавиться от внутреннего врага, разоблачить и наказать тех, кто ради должностей и богатства предал национальные интересы и превратился в игрушку в руках чужих сил. И сделать это ещё не поздно.

Ованес Туманян писал: «Другого пути нет: настоящее спасение придёт изнутри, потому что изнутри мы испорчены». В этих словах Туманяна нет безысходности. В них заключён путь к спасению — вера в то, что народ способен очиститься, прозреть, найти в себе силы и собственными руками построить своё будущее.

Спасение Армении тоже начнётся изнутри — с восстановления национального достоинства, единства и воли самостоятельно распоряжаться собственной судьбой.