ЗА ФАНФАРАМИ ПОБЕДЫ
То, что стало известно после 44-дневной войны, заставляет вновь и вновь возвращаться к одному из самых драматических периодов новейшей армянской истории — июлю, августу и сентябрю 2020 года. Именно тогда, когда война еще не началась, но уже неотвратимо приближалась, происходили процессы, значение которых до сих пор осознано далеко не всеми.
С одной стороны — Тавуш. Несколько дней тяжелых боев в июле 2020 года. Армянские подразделения удерживают позиции, наносят противнику серьезный урон. Азербайджан теряет десятки военнослужащих, в том числе начальника штаба 3-го армейского корпуса генерал-майора Полада Гашимова и ряд других офицеров. Армянская армия в очередной раз доказывает, что на уровне позиционного противостояния способна успешно выполнять поставленные задачи.
С другой стороны — Азербайджан, который делает из произошедшего совершенно иные выводы. Если в Ереване празднуют победу, то в Баку начинают ускоренно готовиться к реваншу. Запускается механизм большой войны. Усиливается взаимодействие с Турцией, проводятся учения, наращиваются группировки войск, отрабатываются наступательные сценарии. Военная машина приходит в движение.
И вот здесь пути армии и власти начинают расходиться.
Армия выполнила свою задачу. Власть решила использовать ее успех в собственных политических целях.
10 августа 2020 года в Сардарапате организуется торжественная церемония награждения. Семьдесят военнослужащих получают высокие государственные награды за участие в июльских боях. Само по себе награждение героев не вызывает возражений. Но невозможно не заметить масштаб происходящего. За всю историю независимой Армении число кавалеров высших военных наград исчислялось лишь несколькими десятками. Многие из них командовали крупными операциями в годы первой Арцахской войны, освобождали населенные пункты, меняли ход боевых действий.
Теперь же создавалось впечатление, что власть пытается превратить локальный тактический успех в грандиозный политический спектакль.
Между тем за пределами праздничных трибун происходили события куда более серьезные.
Сегодня уже хорошо известно, что летом 2020 года Азербайджан начал масштабную подготовку к войне. Шли переброски войск. Создавались ударные группировки. Проводились учения. Усиливалось турецкое участие. Разведывательная активность нарастала с каждым днем.
Но особенно тревожно выглядит другое обстоятельство.
Никол Пашинян сам признавал, что армянской стороне была известна предполагаемая дата начала войны. Иными словами, речь не идет о внезапности и руководство страны располагало сведениями о нарастающей угрозе.
Более того, по сведениям, ставшим достоянием общественности после войны, уже в начале сентября руководство Армении получило от ОДКБ предложение провести на территории страны командно-штабные учения. Сценарий этих учений во многом повторял то, что спустя считаные недели произошло в реальности: масштабное наступление, вовлечение Турции, применение современных средств поражения, использование наемников.
Таким образом, предупреждения были. Информация была. Данные о концентрации азербайджанских сил были. Сведения о перегруппировках были. Признаки приближающейся войны были.
Не было лишь действий властей Армении, которых требовала военно-политическая ситуация вокруг страны.
Не проводилось полномасштабное развертывание армии. Не осуществлялось необходимое рассредоточение техники. Не создавались запасные районы базирования. Не принимались меры по снижению уязвимости и дополнительному укреплению военной инфраструктуры. Значительная часть вооружений и техники продолжала оставаться в местах постоянной дислокации, давно известных азербайджанской разведке.
Между тем характер будущей войны был уже очевиден. Азербайджан готовился воевать не по лекалам девяностых годов. В воздухе должны были действовать беспилотники, высокоточные средства поражения, современные разведывательные комплексы. В таких условиях скопление техники и личного состава на заранее известных объектах превращалось в смертельно опасную роскошь.
Однако власть вела себя так, словно времени впереди еще бесконечно много.
Вспоминая сегодня июльские бои в Тавуше, следует говорить не только о мужестве армянского солдата. Следует говорить и о том, как победа на передовой была превращена властью в дымовую завесу, за которой уже разворачивались события, ведущие страну к одной из самых тяжелых страниц ее новейшей истории.
