СЕРЖ САРГСЯН: МЕХАНИЗМ «ТОКСИЧНОЙ ПОДДЕРЖКИ» ВНУТРИ ОППОЗИЦИИ
Если бы Серж Саргсян не был фигурой, направляемой Западом, он, в теории, должен был бы предпринять четыре шага, чтобы хотя бы в какой-то мере оказаться полезным оппозиции.
Во-первых, он должен был бы заявить, что именно он привёл Никола к власти.
Во-вторых, он должен был бы прекратить через людей, ассоциируемых с ним, «поддерживать» Самвела Карапетяна, фактически оказывая ему медвежью услугу.
В-третьих, он должен был бы лично и открыто критиковать Роберта Кочаряна, тем самым парадоксально повышая его рейтинг.
В-четвёртых, он должен был бы лично поддерживать Никола Пашиняна, тем самым нанося удар уже по его популярности.
Однако, поскольку Серж Саргсян действует под внешним направлением, он делает прямо противоположное.
В истории давно известен один старый политический метод: человека, институт или идею разрушают не прямым нападением, а наоборот — становясь рядом с ним, восхваляя и демонстративно защищая.
Этот механизм веками применялся в самых разных системах — от императорских дворов до современных политических конструкций. Даже в христианской истории встречались ситуации, когда мнимая поддержка оказывалась куда разрушительнее открытой враждебности.
Суть метода проста: если нужно дискредитировать кого-либо, достаточно окружить его фигурами, отвергаемыми обществом, морально скомпрометированными или утратившими доверие. В таком случае сама «поддержка» превращается в удар.
Именно в этой логике нужно рассматривать политическое поведение Сержа Саргсяна, особенно в отношении Самвела Карапетяна.
С точки зрения своего мировоззрения и системных интересов, Саргсян воспринимает Карапетяна как потенциальную угрозу. Причина очевидна: Карапетян, обладая значительным влиянием и электоральным потенциалом, вместе с Робертом Кочаряном способен сорвать политические проекты, в основе которых лежит идея возвращения системы, ассоциируемой с Микаэлом Минасяном и самим Сержем Саргсяном.
Поэтому борьба с оппозиционным полем ведётся одновременно по двум направлениям.
Первый фронт: медиа, связанные с Саргсяном и его окружением, систематически атакуют Роберта Кочаряна, стремясь ослабить его позиции. Параллельно люди, так или иначе связанные с той же системой, проникают в пространство вокруг Самвела Карапетяна и начинают публично его восхвалять.
Это не случайность.
«Поддержка» Карапетяна со стороны фигур с высоким уровнем общественного антирейтинга на деле направлена на его дискредитацию, поскольку подобные похвалы вызывают у значительной части общества не доверие, а обратный эффект.
Здесь действует механизм так называемой «токсичной поддержки».
Ещё более разрушительным для оппозиции является второй механизм — перенос негативной репутации с одних фигур на других. Многолетняя общественная неприязнь искусственно переносится на Карапетяна через постоянные ассоциации с республиканскими политиками и прежней системой. Это оказывается более эффективным ударом, чем прямая пропагандистская атака.
Саргсян, в свою очередь, прекрасно понимает ещё один важный момент: если он лично и открыто начнёт атаковать Роберта Кочаряна, это может дать обратный эффект и повысить его рейтинг среди части общества.
Именно поэтому основная борьба ведётся через третьи фигуры. Он избегает произносить имя Кочаряна и вступать с ним в прямое противостояние, осознавая, что дистанцирование между ними может лишь усилить позиции последнего.
Это не новый приём.
Аналогичный механизм применялся и в отношении Армянской Апостольской Церкви.
В 2008–2018 годах власть последовательно связывала Церковь с собственной политической системой: демонстративные визиты, регулярные публичные встречи с Католикосом, политизация церковных праздников, пропагандистские мероприятия с религиозной риторикой.
Внешне это выглядело как поддержка и лояльность, однако реальный эффект оказался противоположным: в глазах значительной части общества Церковь начала ассоциироваться с коррупцией, политическими интересами и партийной системой. В результате общественное раздражение, направленное на Саргсяна, частично переносилось и на Церковь.
Иными словами — снова тот же механизм: не прямой удар, а постепенное разрушение под видом поддержки.
В этом контексте неслучайно и то, что Самвела Карапетяна наиболее активно публично восхваляют фигуры вроде Ашотяна и Шармазанова. В общественном восприятии эта пара давно ассоциируется с угодничеством, демагогией, показной лояльностью и коррумпированной системой. Поэтому их похвала Карапетяну у части общества автоматически снижает его рейтинг.
Но суть проблемы в том, что многие не осознают: реальная цель здесь — не поддержка, а нанесение ущерба.
Таким образом, «токсичная поддержка» превращается в полноценную политическую технологию.
Если раньше можно было предполагать, что представители республиканской системы просто оторваны от реальности, то сегодня подобное объяснение уже не работает. Они хорошо понимают общественные настроения и осознают, что даже их имена вызывают негативную реакцию.
И именно с этим пониманием они пытаются, дистанцируя Армана Татояна от себя, провести его в парламент или хотя бы рассеять голоса. Для этого Татояну фактически предоставлен «зелёный свет» на резкую критику Сержа Саргсяна — лишь бы у части общества сложилось впечатление, что он не является его марионеткой.
Фактически они не идут на выборы собственными лицами, но продолжают «поддерживать» других через ассоциированных с собой фигур, перенося на них накопленное годами общественное раздражение.
Аналогичная логика проявилась, например, в участии Сашика Саргсяна в митинге Роберта Кочаряна перед выборами 2021 года.
В завершение: Самвел Карапетян должен призвать Сержа Саргсяна прекратить его «поддержку», а Роберт Кочарян должен выступить с настолько жёсткой критикой в адрес Саргсяна, чтобы тот был вынужден реагировать лично и вступить в прямое противостояние. Эти два шага, как утверждается, способны существенно увеличить оппозиционные голоса.
