После 44-дневной войны Никол Пашинян произнес фразу, ставшую впоследствии психологическим диагнозом всей капитулянтской власти: «Я ответственен, но не виноват». Эти слова не были случайностью. Так говорил человек, прекрасно понимавший масштаб национальной катастрофы и одновременно уверенный в том, что вся выстроенная в Армении политическая, судебная и пропагандистская машина прикроет его, оправдает, смоет кровь и уничтожит следы вины. Именно это и произошло.

Человек, при власти которого Арцах был очищен от армян, тысячи семей потеряли своих сыновей, дома, могилы и родину, сегодня пытается поставить под сомнение саму армянскую сущность Арцаха. «А чем он был нашим, объясните мне», — говорит он, представляя собственную политическую капитуляцию как «реализм».

Однако в обсуждении войны есть один аспект, которому до сих пор уделялось недостаточно внимания. И этот аспект может иметь не менее, а возможно и более тяжкие уголовные последствия. Во время внеочередной предвыборной кампании 2021 года Никол Пашинян, по сути, лично признал, что в дни войны по его решению населению массово раздавалось оружие — без надлежащего контроля и учета.