ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТАРТ САМВЕЛА КАРАПЕТЯНА: УДАЧНОЕ НАЧАЛО, НО ОПАСНОЕ ОКРУЖЕНИЕ

Вход Самвела Карапетяна в политическое поле, будем откровенны, на первый взгляд выглядел успешным. Значительная часть общества увидела в нем финансово независимого, обладающего организационным опытом деятеля, который мог бы стать реальным противовесом действующей власти. Однако развитие событий последних недель показывает, что этот удачный старт может очень быстро превратиться в серьезную политическую проблему, если не будут пересмотрены принципы формирования его команды.

Проблема заключается в том, что вокруг политического проекта Самвела Карапетяна постепенно начинают концентрироваться фигуры, чьи имена в широких общественных кругах ассоциируются не с политикой нового качества, а со старой, дискредитированной и отвергнутой системой. Речь идет не только о лицах, тесно связанных с Сержем Саргсяном или его зятем Микаелом Минасяном. Из разных регионов и общин поступают тревожные сигналы о том, что бывшие местные «князьки» республиканцев активно вовлекаются в предвыборную работу блока «Сильная Армения».

И здесь вопрос уже находится не в плоскости морали, а в сфере чистого политического расчета: эти люди способны не привести голоса, а унести тысячи голосов.

Уже сегодня звучит недовольство со стороны тех граждан, которые на начальном этапе были готовы выразить поддержку Самвелу Карапетяну, однако теперь, видя опасную тенденцию возрождения старой системы вокруг него, принимают решение вообще не участвовать в выборах. Иными словами, происходит самое опасное — разочарование собственного электората.

Один из примеров более чем показателен.

Согласно дошедшей до нас достоверной информации, бывший сельский староста Бюракана, республиканец Зарзанд Бабаян, более известный по прозвищу Зар, сегодня активно вовлечен в предвыборную работу Самвела Карапетяна в качестве местного ответственного. Между тем в Бюракане его имя на протяжении многих лет связывалось с незаконным отчуждением земель у крестьян, скупкой участков за бесценок через аукционы, а также с разговорами о причастности к обороту наркотиков.

Примечательно и то, что этот же человек в свое время активно поддерживал нынешнего аштаракского мэра от ГД во время выборов, вокруг которого также циркулируют схожие репутационные оценки. В отношении Зарзанда Бабаяна возбуждался целый ряд уголовных дел, связанных с незаконным захватом земель у сельчан, однако как прежде, так и сегодня он продолжает оставаться вне зоны ответственности.

Почему? Ответ, к сожалению, давно известен.

Пока у власти находится Никол Пашинян, многие представители местных репрессивных механизмов, сформировавшихся в годы Сержа Саргсяна, не будут привлечены к реальной ответственности. Эта система не была демонтирована — она лишь сменила внешний политический окрас.

Но здесь вызывает еще большее недоумение другое обстоятельство: каким образом человек с таким прошлым и такой репутацией оказывается в числе ответственных лиц политической команды Самвела Карапетяна?

Кто советует руководству блока Самвела Карапетяна пользоваться «электоральными услугами» людей с отрицательным общественным восприятием? Кто убеждает, что через так называемых местных влиятельных лиц можно обеспечить массовую поддержку?

Это глубочайшее заблуждение.

Да, эти люди могут контролировать несколько десятков или даже несколько сотен голосов. Но цена превращения их в политический фактор зачастую выражается в потере тысяч разочарованных граждан, которые не хотят вновь видеть рядом с собой те же лица, много лет давившие на их жизнь.

Не следует забывать, какие настроения царили в стране в 2018 году.

Да, сегодня для многих очевидно, что революция во многом была срежиссированным процессом. Но это не отменяет того факта, что общество выходило на улицы не только для того, чтобы отвергнуть Сержа Саргсяна, но и для того, чтобы положить конец всей той порочной среде, в основе которой лежали коррупция, социальная несправедливость, вседозволенность местных «князьков» и культура унижения человека.

На протяжении многих лет люди покидали страну не только из-за бедности или в поисках лучшей жизни. Многие просто бежали от несправедливых отношений, сформировавшихся в общинах, где стоящие над законом местные «князьки» решали судьбу земли, работы, бизнеса и даже человеческого достоинства гражданина.

Позднее общество поняло, что революция не принесла реального правосудия. Ни главные виновники прежней системы, ни местные звенья давления так и не были наказаны. Но это вовсе не означает, что общественная память стерлась.

Напротив, значительная часть общества до сих пор продолжает отвергать все порочные явления, порожденные окружением Сержа Саргсяна и связанными с ним местными феодалами.

Следовательно, Самвел Карапетян, если он действительно претендует на получение широкого общественного доверия, обязан провести очень четкую линию между собой и этим прошлым.

В противном случае возникает ситуация, при которой Никол Пашинян, как бы парадоксально это ни звучало, сможет сыграть именно на этом неприятии и собрать дополнительные голоса, позиционируя себя как силу, «предотвращающую возвращение старых».

Это чрезвычайно опасный сценарий.

Еще более странным выглядит и то, что в избирательном списке Самвела Карапетяна оказался Мамикон Асланян — человек, имя которого давно тесно связано с политико-бизнесовой средой Сержа Саргсяна. Более того, хорошо известны и его теплые отношения с Хачатуром Кокобеляном, который взаимосвязан с различными кругами действующей власти. Люди, знакомые с политическим закулисьем, прекрасно понимают, что эти отношения не носят случайного характера и вызывают множество вопросов.

Следовательно, вопрос предельно прост: о каком политическом качестве нового типа может идти речь, если внутри вновь заявленной силы начинают воспроизводиться те же старые связи, те же старые лица, те же теневые договоренности?

Выборы 7 июня 2026 года должны стать действительно переломными. Но таковыми они будут лишь в том случае, если гражданин пойдет на избирательный участок, будучи уверенным, что формирующаяся власть не станет переиздавать отвергнутую систему прошлого, а привлечет к ответственности всех ключевых действующих лиц этой системы.

Общество не примет старые лица в новой упаковке.

У Самвела Карапетяна еще есть время сделать соответствующие выводы. Есть время очистить списки, есть время избавиться от ставших политическим балластом местных «электоральных бригадиров», есть время понять одну простую истину:

народ может простить многое, но никогда не доверится тому, кто ставит рядом с собой людей, оставшихся в общественной памяти символами беспредела, грабежа и несправедливости.