ГЕНЕРАЛАМ НЕ ВЕРИЛ, ВИЛЕНУ ГАБРИЕЛЯНУ ДОВЕРЯЛ. ЧЕГО ПАШИНЯН ОПАСАЛСЯ НА ФРОНТЕ?

,

У Николы Пашиняна, оказывается, была собственная система военной разведки. Когда в ноябре 2021 года на границе шли столкновения, премьер поручил депутату от «Гражданского договора» Вилену Габриеляну выяснить обстановку через личные связи в армии. Не начальнику Генштаба, не военной разведке, не министру обороны — своему верному однопартийцу Вилену Габриеляну. У того, как выяснилось, имелись знакомые среди военных, которым премьер, видимо, доверял больше, чем официальным докладам. Зачем понадобился такой обходной маневр? Возможно, Пашиняну требовалось знать не только, что делает противник, но и чего собираются делать собственные военные.

Историю рассказал сам Габриелян. 14 ноября 2021 года в 10 часов утра состоялось экстренное заседание правления «Гражданского договора». Обсуждали ситуацию на направлении Сотк — Хознавар. Габриелян, прежде служивший во 2-м армейском корпусе, сообщил, что премьер попросил его использовать личные связи, чтобы получить максимально точную информацию непосредственно от людей на местах.

Депутат вышел, связался со знакомыми, вернулся и доложил. Оказалось, что официальные сведения существенно расходятся с неофициальными. Позднее Габриелян добавил, что двое военных, передававших ему почти стопроцентно достоверную информацию, после ноябрьских событий оказались среди арестованных или уволенных. Их он назвал офицерами, проявившими «редкую волю».

Картина весьма занимательная. В стране есть Министерство обороны, Генштаб, командующие корпусами и военная разведка. Но премьеру потребовался отдельный канал информации — партийный. Генералы докладывают, а Вилен проверяет. Такая вот система управления армией! Мало ли что там эти военные себе думают.

И ведь проверять было что. Пашинян позднее утверждал, что утром 14 ноября министр обороны Аршак Карапетян сообщил ему, будто на границе все спокойно. В подтверждение премьер опубликовал голосовое сообщение от 09:38, в котором звучит: «У нас все нормально». В опубликованной сообщения, кстати, нет предшествующего вопроса, на который отвечает Карапетян. Но для политической интриги это уже детали.

Карапетян возразил: в тот день он находился в Дубае на встречах по закупке вооружений, прежде всего ударных беспилотников, и лично не мог докладывать обстановку. По его словам, это должен был сделать чиновник, исполнявший обязанности министра.

В 09:38 — «у нас все нормально», в 10:00 — экстренное заседание правящей партии и поручение Габриеляну проверить ситуацию через личные связи. Видимо, спокойствие на фронте требовало особой проверки. И она обнаружила расхождение между официальными докладами и сведениями с мест.

НО ПОЧЕМУ ПРЕМЬЕР ТАК ПОДОЗРИТЕЛЬНО ОТНОСИЛСЯ К ВОЕННЫМ? Для ответа на этот вопрос вернемся к маю 2021 года.

Азербайджанские подразделения проникли на суверенную территорию Армении в районе Черного озера, или Сев Лича, в Сюнике, а также на отдельных участках Гегаркуника. 13 мая Пашинян официально признал, что азербайджанские военнослужащие пересекли государственную границу и пытаются установить контроль над территорией. Ереван потребовал задействовать механизмы ОДКБ.

А 28 мая премьер объяснил сторонникам «Гражданского договора», что воевать из-за «30% озера Сев» Армения не собирается. «Мы не собираемся обострять ситуацию из-за 30% озера Сев. Мы можем отвести войска на несколько дней, пока не прибудут международные наблюдатели», — заявил он.

Впоследствии Аршак Карапетян рассказал, что во время майских событий действовал приказ руководства страны не открывать огонь по противнику. Тогда он занимал должность первого заместителя начальника Генштаба. По его словам, когда его подключили к решению ситуации, он распорядился открыть огонь, после чего азербайджанские подразделения под давлением российских военных отошли на несколько километров.

Вот вам и возможная разгадка. Премьер публично рассуждает об отказе от войны и отводе войск, а бывший военный руководитель утверждает, что сверху поступил приказ не стрелять. Карапетян, по его версии, поступил иначе — и противник отступил. Для военного, обязанного защищать государственную границу, логика очевидна. Для руководителя, стремящегося любой ценой избежать столкновения с Баку, такая самостоятельность может оказаться крайне неудобной.

Одновременно Пашинян объяснял, что министр обороны и глава МИД должны быть представителями его политической команды и полностью разделять его политическую повестку. От военных, выходит, требовалось не защищать страну, а обеспечить капитуляцию Армении, которую Никол Пашинян обещал Алиеву. А если командир на месте решит открыть огонь по противнику, вместо того чтобы ждать очередного дипломатического раунда, у руководства могут возникнуть неприятности.

К ноябрю противоречия обострились. Карапетян настаивал на восстановлении государственной границы и уходе азербайджанских подразделений с территории Армении. 13 ноября произошел обстрел армянских позиций в районе Верхней Шоржи, на следующий день столкновения продолжились. В тот же день Пашинян, по рассказу Габриеляна, поручил депутату проверять фронтовую обстановку через личные связи.

Уже 15 ноября Карапетян лишился должности, а министром обороны стал Сурен Папикян. Сам бывший министр позднее утверждал, что его уволили из-за отказа принять ультиматум Азербайджана и готовности отдавать приказ открыть огонь при дальнейшем продвижении противника. В те же дни «Грапарак» со ссылкой на источники сообщал, что Карапетян отказался выполнять распоряжение об отступлении на участке Джермук — Сисиан.

В июне 2023 года Пашинян заявил в парламенте, что одной из самых больших ошибок было доверие армии. Сказано предельно откровенно. Ошибкой, выходит, было доверять собственным вооруженным силам.

А теперь вспомним еще один эпизод. 27 октября 2021 года премьер признал в парламенте, что лично приказал отвести армянские войска с позиций в Сюнике в декабре 2020-го, а тогдашний министр обороны Вагаршак Арутюнян выполнил его распоряжение. Пашинян объяснял это необходимостью избежать возобновления боевых действий.

Вот и складывается картина: отвод войск по личному приказу, заявление об отказе воевать из-за части озера, рассказ Карапетяна о запрете открывать огонь, проверка военных докладов через партийного депутата и увольнение министра, который, по собственным словам, не собирался отступать перед противником.

Похоже, Пашиняну требовалось знать не только, где находятся азербайджанские подразделения. Ему было важно понимать, что намерены делать армянские военные. Не решат ли они самостоятельно открыть огонь? Не станут ли защищать границу вопреки его линии на капитуляцию перед Баку? Для этого, вероятно, и понадобился Вилен Габриелян. Генералам премьер не вполне доверял, зато своему партийцу — вполне.

И здесь стоит вспомнить слова самого Пашиняна. 17 ноября 2021 года, выступая в Национальном собрании, он заявил, что приказ не стрелять при защите государственной границы означал бы государственную измену.

Это тот случай, когда мы безоговорочно согласны с Николом Пашиняном. Совокупность фактов указывает на то, что приказ не открывать огонь все-таки был. А это означает, что действующий премьер-министр — изменник и должен предстать перед трибуналом.