Военный эксперт Айк Наапетян в авторской программе на politik.am обратился к вопросу, который сегодня настойчиво выталкивается на периферию общественного внимания, — к подлинному смыслу заявлений азербайджанского руководства и к тому, как эти заявления сознательно искажаются внутри самой Армении. Речь, по сути, идёт не о разночтениях, а о системной подмене: обществу предлагают удобную иллюзию «мира», тогда как реальная повестка формируется в логике давления и принуждения.

В центре его анализа — заявления президента Азербайджана, которые, несмотря на попытки представить их «устаревшими», сохраняют свою актуальность и значение. Наапетян подчёркивает: принципиальная позиция Баку не изменилась — ни в части отказа от окончательного признания территориальной целостности Армении, ни в части готовности пересматривать любые договорённости в зависимости от конъюнктуры.

Таким образом, ключевых акцентов в этих заявлениях два, и оба носят принципиальный характер. Во-первых, сам Баку прямо говорит: любые договорённости не имеют гарантированной силы и могут быть пересмотрены в любой момент. Во-вторых, декларируемая «готовность к миру» сопровождается фактическим непризнанием территориальной целостности Армении. Иначе говоря, вэтих условиях разговоры о «прочном мире» он рассматривает как сознательное введение общества в заблуждение.

Одной из проблем, на которой акцентирует внимание Наапетян, является фактическое открытие воздушного «коридора» через территорию Армении без её согласия. Алиев не просто признал это — он публично обосновал происходящее «нормами международного авиационного права», заявив, что Азербайджан уже использует армянское воздушное пространство в своих целях. Это не дипломатическая оговорка и не интерпретация — это констатация: часть суверенного пространства Армении была де-факто изъята.

И здесь возникает главный вопрос, на который власть так и не дала ответа: когда именно и на каком основании Армения утратила контроль над своим воздушным пространством? Почему ни правительство, ни парламент, ни так называемые международные партнёры не сочли нужным даже публично отреагировать на подобное заявление? Молчание в данном случае — не просто бездействие. Это согласие.

На этом фоне разговоры о «Зангезурском коридоре» приобретают совершенно иной смысл. Речь уже не о гипотетических маршрутах, а о процессе, который фактически запущен — сначала в воздухе, затем, по той же логике, может быть реализован на земле. И если первый шаг был сделан без сопротивления, нет никаких оснований полагать, что последующие будут встречены иначе.

Дальнейшие требования Баку, как подчёркивает Наапетян, выстраиваются в чёткую систему давления. В их числе — возвращение так называемых «сотен тысяч азербайджанских беженцев», причём в масштабах, многократно превышающих реальные исторические цифры. За этой формулировкой скрывается инструмент демографического и территориального давления. Международное право в подобных случаях обязывает принимающую сторону обеспечить жильё, безопасность, социальную инфраструктуру — ресурсы, которыми Армения попросту не располагает. Следовательно, создаётся заведомо невыполнимое требование, которое затем может быть использовано как повод для силового давления.

Параллельно формируется ещё один контур — финансово-правовой. Речь идёт о колоссальных компенсационных претензиях, озвучиваемых Баку, вплоть до десятков и сотен миллиардов долларов. Эти цифры не случайны: они заведомо неподъёмны и потому открывают дорогу к иному сценарию — компенсации территориями. Логика предельно проста и цинична: не можете заплатить — уступите.

Отдельного внимания заслуживает тема так называемых «военных репараций» и обвинений, озвученных Азербайджаном с трибун международных организаций. Это уже не для внутреннего потребления, а попытка зафиксировать юридическую базу для будущих требований. Подобные заявления не исчезают в информационном шуме — они становятся частью долгосрочной стратегии, рассчитанной на годы.

Ключевым элементом его выступления становится развенчание тезиса о неизбежности новой войны в случае поражения партии Пашиняна «Гражданский договор» на предстоящих летом парламентских выборах.  Наапетян прямо называет подобные заявления инструментом политического шантажа, направленного на удержание власти через страх. Он подчёркивает, что решения о масштабных военных действиях в регионе не принимаются в вакууме и зависят от баланса интересов крупных держав. В этой связи заявления о «неизбежной войне» он трактует как внутреннюю пропаганду, а не отражение реальной военной ситуации. Обществу навязывается простая формула: либо сохранение действующей власти, либо война. При этом сама власть признаёт, что даже при колоссальных расходах на оборону не способна гарантировать безопасность.

В более широком контексте эксперт обращает внимание на ещё одну принципиальную подмену — миф о «гибридной войне», якобы ведущейся против Армении со стороны России. По его оценке, реальное давление носит вполне конкретный характер и исходит от Азербайджана и Турции, используя как военные, так и экономические и информационные инструменты. Попытки же представить Россию в качестве главного источника угроз являются инструментом политической дезориентации общества.

В сухом остатке картина предельно ясна: последовательное наращивание требований, подкреплённое как силовым фактором, так и юридической аргументацией; уступки, происходящие без публичного обсуждения; и внутренняя политика, построенная на запугивании общества. Это по своей сути является единой линией, которая ведёт к утрате суверенитета.

 

Вывод Общественного Трибунала

В сложившейся ситуации речь идёт уже не просто о внешнем давлении на Армению со стороны Азербайджана и Турции, а о целенаправленной внутренней политике, направленной на притупление общественной бдительности. Под видом «мирной повестки» обществу Пашиняном системно навязывается искажённое восприятие реальности, в котором очевидные угрозы обесцениваются, а любые попытки их обозначить объявляются реваншизмом, паникой или провокацией.

Мы констатируем: Никол Пашинян сознательно формирует такую информационную и политическую среду, в которой армянский народ лишается естественного инстинкта самосохранения. Опасность нормализуется, уступки маскируются под достижения, а утрата суверенных позиций подаётся как неизбежная цена «стабильности». В результате общество дезориентируется, теряет способность адекватно реагировать на вызовы и оказывается не готовым к защите собственных национальных интересов.

Главный вывод Общественного Трибунала предельно однозначен: Никол Пашинян и его команда представляют собой ключевую угрозу национальной безопасности Армении. И чем раньше Армения избавится от антинационального руководства, тем скорее выйдет из той ямы, в которую ее загнали «бархатные революционеры».