Уголовное дело как спектакль: зачем власти понадобился брат Сержа Саргсяна
Судья Антикоррупционного суда Саргис Петросян удовлетворил ходатайство следствия. Александр Саргсян — брат третьего президента Армении — объявлен в розыск.
Формально всё безупречно: суд не располагает сведениями о местонахождении обвиняемого, а значит, считает возможным предотвратить его предполагаемый побег. Если Саргсян окажется на территории страны, вопрос о его аресте будет рассмотрен повторно.
На юридическом языке это выглядит как рядовая процедура. На политическом — как очередная серия затянувшегося спектакля.
Весной 2018 года, когда улицы Еревана были заполнены людьми, требовавшими справедливости, многим казалось, что страна действительно стоит на пороге исторического перелома. С трибун и площадей звучали громкие обещания. Новоявленные «революционеры» во главе с Николом Пашиняном, примерявшим на себя образ национального героя Монте Мелконяна, уверяли: коррупция будет искоренена, виновные — наказаны, правосудие восторжествует, а наворованное — возвращено народу.
Прошло восемь лет — и итог оказался показательным. Ни одно из громких дел против ближайшего окружения прежней власти не завершилось обвинительным приговором. Сам Серж Саргсян не провёл ни одного дня в следственном изоляторе. «Революционное правосудие» оказалось бесконечным процессом без финала.
Именно поэтому нынешнее решение суда трудно рассматривать вне политического контекста.
Сегодня армянское общество всё чаще обсуждает разоблачения, которые разрушают фундаментальный миф нынешней власти — миф о полном разрыве с прежним режимом. Всё больше людей задаются вопросом: а была ли «бархатная революция» стихийным народным восстанием, или же она стала частью тщательно разыгранного политического сценария, в котором уход Сержа Саргсяна оказался не поражением, а управляемой передачей власти?
Если правда о событиях 2018 года хотя бы частично укоренится в общественном сознании, вся восьмилетняя пропаганда о «революционном разрыве» потеряет смысл. Борьба с коррупцией в таком случае будет выглядеть не как очищение государства, а как тщательно выстроенная фальшивая декорация.
В этом контексте фигура брата экс-президента оказывается крайне удобной. Удар по Александру Саргсяну решает сразу две задачи.
Первая — тактическая. На фоне падающего доверия к власти перед выборами нужен громкий и понятный сигнал для разочарованного электората: «борьба продолжается». Семья Сержа Саргсяна — идеальный символ «старой системы», против которой можно вновь мобилизовать протестные эмоции.
Но вторая задача — стратегическая и гораздо важнее. Этот шаг является прямым и демонстративным ответом на опаснейшие для Пашиняна и самого Саргсяна разоблачения об их сговоре. Жёсткие, публичные действия против ближайшего родственника третьего президента призваны визуально разорвать любую возможную связь, доказать абсолютный и непримиримый антагонизм. Смысл послания ясен: «Посмотрите, разве мы стали бы так поступать, если бы были частью его плана? Мы — не его проект, мы — его судьи». Проблема лишь в том, что подобные демонстративные акции всё меньше убеждают общество. Слишком многое за последние годы показало: борьба с прошлым нередко оказывается удобным инструментом управления настоящим.
Именно поэтому сегодня перед армянским обществом стоит куда более важный вопрос, чем судьба отдельных фигурантов уголовных дел. Речь идёт о том, сможет ли страна выйти из замкнутого круга, где нынешняя власть и бывшие элиты годами используют друг друга как удобное политическое пугало.
Общественный Трибунал не позволит ни Николу Пашиняну, ни Сержу Саргсяну вновь обмануть армянский народ. В меру своих возможностей он будет последовательно и настойчиво доносить до общества правду о происходящих процессах и о совершённых ими преступлениях против государства и народа.
Потому что будущее Армении должно определяться не политическими спектаклями и взаимными манипуляциями элит, а осознанным выбором граждан, знающих правду о своей недавней истории.
