Референдум под грифом «по усмотрению власти»

Никол Пашинян обозначил контуры своей новой политической игры: референдум по принятию новой Конституции запланирован на 2027 год — или даже раньше, возможно, параллельно с парламентскими выборами 2026 года. Об этом премьер-министр заявил во время встречи с госслужащими в СКК им. К. Демирчяна.

Формально аргументация выглядит безупречно: нужно дать политическим силам время высказать свою позицию, а затем — учесть мнение той, что получит большинство голосов. На словах — образец демократического подхода. На деле же всё больше напоминает тщательно выверенный сценарий, где роли распределены заранее, а «неудобные» актёры методично выводятся из игры.

Ключевой сигнал — намерение исключить из Конституции ссылку на Декларацию о независимости. В ней содержится пункт о необходимости воссоединения Армении с Нагорным Карабахом — положение, которое давно становится камнем преткновения в отношениях с Азербайджаном. Пашинян декларирует: решать должен народ. Доводы «за» и «против» обязаны представить политические силы. Звучит убедительно — если не знать контекста.

Парадокс в том, что сама возможность свободного обсуждения будущего страны ставится под сомнение действиями нынешней власти. Совсем недавно с трибуны Национального Собрания премьер заявил о необходимости недопущения к выборам оппозиционных сил, возглавляемых Робертом Кочаряном и Самвелом Карапетяном.

И вот уже армянская политика всё больше напоминает закрытый клуб по приглашению. Правила просты: этим — можно, тем — нельзя. Кочаряну — нет. Карапетяну — тоже нет. А чтобы легитимизировать отсев, в ход идут проверенные методы: ярлыки вроде «агент КГБ», обвинения в «работе на внешние силы», административное давление.

За объявленной конституционной реформой проступает знакомая логика:

• Сначала — зачистить поле, потом — провести процедуру.
• Устранить ключевых оппонентов под благовидными предлогами.
• Сформировать «правильный» состав парламента на выборах.
• Провести референдум, где альтернативы уже не будет — ни по содержанию, ни по формату.

И тогда декларация о «воле народа» станет лишь красивой обёрткой для решения, принятого за кулисами.

Остаётся главный вопрос: кто в этой схеме действительно представляет интересы Армении? Народ, которому предлагают голосовать по заранее подготовленному сценарию? Или власть, которая сначала определяет, кто достоин участвовать в дискуссии, а потом — что именно можно обсуждать?

Кто дал Николу Пашиняну право решать за общество, кто достоин участвовать в выборах, а кто — нет?  Демократия — не привилегия избранных. Если общество признаёт ту или иную силу, именно это и есть главный критерий легитимности. Не закулисные договорённости, не списки «одобренных», не произвол действующего премьер-министра, а живой отклик народа.

Понятно, что у каждой политической группы есть свои амбиции. Понятно, что перед действующим премьер-министром стоит задача удержать парламент, сохранить влияние, остаться у руля. Понятно и то, что Никол Пашинян готов на всё, лишь бы не столкнуться с реальной ответственностью за совершенные им тяжкие государственные преступления.

Но где здесь интересы Армении? Где учёт желаний народа? Где национальные цели, ради которых, казалось бы, и существует государство Армения?

Если бы Пашинян был уверен в своей силе — если бы он действительно верил, что его курс поддерживает большинство, — он не прибегал бы к репрессиям, преследованиям, запугиваниям, полицейскому террору и системному беззаконию.

Его нынешние шаги — не признак силы, а свидетельство слабости. Это отчаянные попытки удержать власть, когда легитимные методы уже не работают.

В 2018 году Пашинян въехал в политику на волне лозунгов о свободе, справедливости и разрыве с прошлым. Сегодня он пытается не просто оседлать его снова, но и прилагает титанические усилия, чтобы сбросить с себя ответственность за провалы и катастрофы своего правления: мол, всё изменилось, мы — другие, а во всех «ошибках» виноваты «бывшие».

В конечном счете, все эти маневры и политические «зачистки» свидетельствуют лишь об одном: правящий режим, возглавляемый Николом Пашиняном, утратил уверенность в своей способности победить в честной, конкурентной борьбе. Отчаянное желание удержать власть любой ценой, исключив из игры влиятельных оппонентов и прибегая к репрессивным методам, обнажает страх перед волеизъявлением собственного народа.

Под вывеской демократических процедур разыгрывается спектакль по узурпации власти. Стремление остаться один на один с «пустым избирательным бюллетенем» — без реальной оппозиции, без дискуссии и без учета интересов Армении — превращает выборы в фарс. Истинная демократия требует открытости и конкуренции, а действия властей ведут страну по пути к авторитарному правлению, где мнение народа подменяется личными амбициями и страхом ответственности.

Однако при всех очевидных слабостях и шаткости нынешней власти нельзя игнорировать ключевой, опасный факт: в ее руках остается силовой блок. Структуры, которые должны гарантировать законность и безопасность, сегодня, по сути, «повязаны» с режимом соучастием в многочисленных преступлениях и беззакониях.

Этот опасный тандем власти и репрессивного аппарата сделает все возможное и невозможное ради одной цели – не допустить победы конкурентов Пашиняна на выборах 2026 года. В ход пойдут любые средства: от фальсификаций и административного ресурса до прямого давления и устрашения.

Именно здесь возникает самый главный, экзистенциальный вопрос: готов ли армянский народ, нация с тысячелетней историей государственности, смириться с этим? Готов ли он позволить бывшему журналисту желтой газетенки, волею трагического недоразумения занявшему пост премьер-министра страны, единолично определять свою судьбу? Готов ли народ безучастно наблюдать, как этот режим разрушает до основания государство Армения и попирает национальные ценности армянского народа? Ответ на этот вопрос определит будущее Армении.