В истории постсоветской Армении едва ли найдётся более показательный пример идеологического разворота, чем эволюция взглядов Левона Тер‑Петросяна. Его тезисы, поначалу звучавшие как призыв к национальному единению в борьбе за армянский Арцах, затем, по мнению публициста и журналиста Левона Казаряна, превратились в «пробные шары» по уничтожению национальной идентичности (вроде скандального утверждения о том, что «национальная идеология — ложная категория»), которые постепенно обрели системность и институциональную базу. Процесс шёл по классической схеме идеологической экспансии:

• расширялся круг пропагандистов — как явных, так и скрытых сторонников АОД;
• велась целенаправленная работа по воспитанию новых кадров;
• создавались структурные «филиалы» — вроде движения «Новый путь»;
• открывались псевдонаучные центры, вроде клуба «Армат», и медиаплощадки, открыто продвигавшие антиармянские нарративы.

Этот идеологический фронт ассоциировался с именем первого президента и его ближайших соратников — Жирайра Липаритяна, Вано Сирадегяна, Ктрича Сардаряна и Ашота Блеяна. Однако даже поверхностный анализ показывал: за этой кампанией стоял внешний координатор. Слишком системным, слишком методичным был натиск на базовые ценности нации.

Кто именно выступал заказчиком этого проекта, остаётся предметом дискуссий. Но красноречивые подсказки дают публичные высказывания западных политиков. Особенно показательна речь заместителя госсекретаря США Строуба Тэлботта, прозвучавшая осенью 1999 года в Гарвардском университете. В своём выступлении американский дипломат фактически озвучил идеологическую матрицу, которую пытались внедрить в постсоветских государствах:

«…Революционные изменения произошли и в отношении России — то есть государственности как идеи. В сегодняшней России то, что я называю „идеологией потребности в идеологии“, постепенно исчезает… Проект по разработке единой национальной идеологии закончился неудачей. На мой взгляд, это положительный признак. Но самое главное, для любого государства хорошо, когда его общество и система государственного управления разноплановы, плюралистичны и — и это самое важное — свободны для того, чтобы не возникало потребности или даже возможности введения какой‑то единой идеологии».

В этом тезисе — ключ к пониманию логики внешних игроков:

• Разрушение идентичности. Отказ от национальной идеологии трактуется не как слабость, а как «прогресс».
• Плюрализм как инструмент дезорганизации. Разнонаправленность общественных сил преподносится как добродетель, хотя на практике ведёт к параличу государственного управления.
• Запрет на национальную идею. Отсутствие объединяющей идеи делает страну уязвимой для внешнего влияния.

Сопоставляя эти установки с событиями в Армении 1990–2000‑х годов, невозможно не заметить параллелей. Те самые «пробные шары» Тер‑Петросяна, развитие сети АОД и её филиалов, медиакампании против национальных ценностей — всё это укладывалось в описанную Тэлботтом модель.

То, что начиналось как отдельные провокационные заявления, превратилось в системный проект по демонтажу национальной идентичности. И если внутренние исполнители действовали открыто, то истинные кураторы предпочитали оставаться в тени, ограничиваясь «теоретическими» комментариями о пользе «плюрализма без идеологии», не на забывая при этом насаждать в Армении тоталитарные секты, то есть суперидеологизированные, но подконтрольные им объединения.

Сегодня, анализируя эти события, важно не просто констатировать факты, но и понимать: идеологическая война — это не абстрактная угроза, а реальный инструмент геополитики. И её последствия для Армении оказались куда более разрушительными, чем могло показаться на первый взгляд.

Рассекреченные документы WikiLeaks проливают свет на события, которые десятилетиями оставались за кадром большой политики. Они позволяют увидеть, как задолго до своего президентства Серж Саргсян выстраивал внешнеполитические манёвры, способные кардинально изменить вектор развития Армении.

Еще в 2007 году, когда Серж Саргсян занимал пост премьер‑министра при президенте Роберте Кочаряне, произошли события, о которых стало известно лишь благодаря утечке дипломатических телеграмм. Временный поверенный в делах США Джозеф Пеннингтон в секретном послании описал встречу американских дипломатов с ближайшими соратниками Саргсяна.

Место действия — непритязательное ереванское кафе. Участники — старший советник премьер‑министра Микаэл Минасян (фактически глава администрации и зять Саргсяна) и помощник Левон Мартиросян. В течение полутора часов за непринуждённой беседой и напитками обсуждались вопросы, от которых зависела будущая судьба страны.

Согласно документу, посланники Саргсяна озвучили американской стороне ряд принципиальных обязательств:

• Разворот в отношениях с Турцией. Серж Саргсян выражал готовность начать процесс нормализации двусторонних отношений при гарантиях США. Это подразумевало пересмотр официальной позиции по вопросу Геноцида армян — темы, имеющей колоссальное символическое и политическое значение для армянского общества.
• Прекращение давления на независимые СМИ. Речь шла о прекращении преследований Радио «Свобода», которым руководил Грайр (Гарри) Тамразян — человек, близкий к бывшему президенту Левону Тер‑Петросяну. Этот шаг мог бы продемонстрировать движение в сторону большей свободы слова.
• Блокировка иранского энергетического транзита. Саргсян гарантировал недопущение использования территории Армении для транзита иранских энергоресурсов — вопрос, имевший очевидный геополитический подтекст в контексте противостояния Запада и Ирана.

Т.е., по сути Серж Саргсян перед своим избранием президентом Армении заверил представителей дипломатической миссии США, что он будет выстраивать свою внешнюю политику по тем принципам, из-за которых Левон Тер-Петросян в 1998 году подал в отставку.

Сегодня становится очевидно, что Пашинян — последователь политики Левона Тер-Петросяна, для которого сама национальная идея была лишь «ложной категорией», а также Сержа Саргсяна, который на практике стал реализовывать идеологическую установку Тер-Петросяна по нормализации отношений с Турцией. Правительство во главе с премьер-министром Николом Пашиняном сегодня реализует проект «Реальная Армения», суть которого — заставить народ забыть свою историю и отказаться от своих корней.

Политический курс нынешних властей включает в себя целый ряд шагов, направленных на демонтаж национальной идентичности:

• Отрицание Геноцида армян.
• Окончательное признание Арцаха территорией Азербайджана.
• Систематические атаки на Армянскую Апостольскую церковь.
• Переписывание истории армянского народа.

Проект «Реальная Армения» требует от армян отказаться от Западной Армении и горы Арарат, забыть об Арцахе как о части своей Родины. Вот неприглядная реальность того, что делает сегодня правительство Никола Пашиняна, превращая великую историю в разменную монету сиюминутной политики.

Особенно ярко достижения Кочаряна видны на фоне политики его предшественника Левона Тер‑Петросяна. Тот период ознаменовался, помимо экономического и социального краха Армении, пораженческими подходами в ключевых вопросах:

• в проблеме самоопределения Арцаха;
• в деле признания Геноцида армян в Османской империи.

Президентство Кочаряна стало временной точкой перелома — попыткой вернуть стране стратегическую инициативу и уверенность в собственных силах.

Однако успехи Кочаряна не остались без ответа со стороны политических оппонентов. Подконтрольные Левону Тер‑Петросяну и Сержу Саргсяну пропагандистские структуры в течение долгих лет развернули масштабную кампанию по его дискредитации. В качестве «ударных аргументов» использовались трагические события:

• 27 октября 1999 года — теракт в парламенте;
• 1 марта 2008 года — массовые беспорядки после президентских выборов.

Эти трагедии, по замыслу организаторов кампании, должны были навсегда закрыть для Кочаряна дорогу в большую политику.